Субсидиарная ответственность за «просрочку» с банкротством.

Позиции Верховного Суда в области банкротства.

Субсидиарная ответственность за «просрочку» с банкротством.

Из этических соображений имена и фамилии, а так же названия юридических

лиц ,участников дела, изменены.

Единственный участник ООО "Бетта"» Авдеев Андрей Андреевич был привлечен к субсидиарной ответственности по ст. 61.12 Закона «О несостоятельности (банкротстве)» (за неподачу заявления о банкротстве).

Что решили ниже стоящие Суды: ООО «Бетта» имела признаки несостоятельности ещё на 31.12.2017, а Авдеев А.А. стал ее единственным участником 02.10.2019 — значит, с этой даты он обязан был инициировать банкротство. Не сделал значит отвечай по долгам, возникшим после октября 2019. В общем то формально это правильное решение.

Верховный Суд Российской Федерации с этим не согласился. В данном случае встает вопрос. Что такое «дата объективного банкротства» и на что она влияет?
Ответ : Это момент, когда у Должника объективно возникли признаки несостоятельности (неплатёжеспособность и/или недостаточность активов), о которых контролирующие лица должны были знать и публично заявить через подачу заявления о банкротстве в Арбитражный Суд.
Именно от этой даты отсчитывается срок для подачи заявления о банкротстве (п. 2, 31 ст. 9 Закона «О несостоятельности (банкротстве)). Главное в данном случае — только обязательства, возникшие после истечения всех законных сроков на подачу заявления, попадают в объём субсидиарной ответственности по ст. 61.12.
Верховный Суд Российской Федерации неоднократно разъяснял: обязанность подать заявление о банкротстве возникает не в дату формально осведомленности (стал новым директором или единственным учредителем компании, а после истечения совокупности сроков:
- 10 дней — на осознание бездействия руководителя;
- плюс разумные сроки на созыв органа управления, принятие решения и подготовку документов. п. 13 Постановления Пленума ВС РФ № 53 и п. 26 Обзора практики по банкротству за 2022г.

Пункт 26 Обзора судебной практики прямо указывает: размер субсидиарки по ст. 61.12 определяется только по долгам перед кредиторами, которые возникли после завершения этого «коридора сроков». Суды не могут «привязать» ответственность к дате смены участника — это грубая ошибка.
Суды нижних инстанций механически отождествили дату получения Авдеевым А.А. статуса участника (02.10.2019) с датой возникновения у него обязанности подать заявление о банкротстве. Это противоречит и букве закона, и разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации.
Верховный Суд Российской Федерации подчеркнул: нужно было установить, когда именно Авдеев узнал или должен был узнать о признаках банкротства и о бездействии прежнего руководства, и только от этой точки отсчитывать сроки по п. 31 ст. 9. Без этого вывод о размере ответственности — произволен. Дело вернули на пересмотр.